Яндекс.Метрика

Главная | Слушайте, люди! | Отец Алексий, человек из Рая: «Если вояка безнравственный, то это страшный монстр...»

Отец Алексий, человек из Рая:
«Если вояка безнравственный, то это страшный монстр...»

Несколько обстоятельств побуждают меня поделиться публикацией об этом человеке потрясающей судьбы — майоре Великопольском. К нему сегодня все обращаются не по имени-отчеству — Алексей Юрьевич — а, как и принято обращаться к священнослужителю — «батюшка».


Отец Алексий, человек из Рая: «Если вояка безнравственный, то это страшный монстр...»

Почему разговор с ним сегодня очень нужен душе?.. Во-первых, напряжённое время, в котором мы живём, всё острее ставит вопрос об огромной ответственности «человека с ружьём». Во-вторых, давнее-давнее знакомство с отцом Алексием дало возможность видеть его в разных ситуациях — и всегда он остаётся равен тому, что исповедует. Наконец, слышу, как он общается с мальчишками и девчонками — курсантами Военно-патриотического центра «Вымпел» — в наших молодёжных лагерях и экспедициях… И каждый раз, глядя, как светлеют, умнеют, наполняются смыслом глаза ребят, думаю: вот бы такого батюшку — в каждую школу, в каждую воинскую часть, в каждый православный приход…

Итак, приглашаю к знакомству с ветераном Вооружённых Сил, ветераном боевых действий, кавалером Ордена Красного Знамени, двух Орденов Красной Звезды, медали Ордена «За заслуги перед Отечеством» — настоятелем храма Казанской иконы Божьей Матери в деревне Рай Смоленского района.

— Отец Алексий, расскажите, что привело вас в армию?

— Я из древнего польского рода. И «вояки» в нём — обычное явление. В Россию мои предки переехали в XVI веке, участвовали в различных известных боевых столкновениях. А потом и потомки этого рода частенько шли по стопам предков-военных.

Оба моих деда были полковниками. Один в Смоленске после окончания учёбы работал начальником кафедры стрельбы и тактики политучилища. Второй был комиссаром Октябрьского района Ленинграда, всю блокаду провёл в Питере. После этого он никогда, никогда не позволял нам выбрасывать продукты. Мой отец закончил военное авиационное училище, был техником в эскадрилье. Он был талантливейшим технарём и рукастым мужиком. Мой брат служил в танковых войсках, а потом ушёл в милицию. И моя судьба, как вы понимаете, учитывая такую «наследственность», была вполне определённой. В 1975 году после школы я пошёл в Смоленское высшее зенитное ракетное командное училище. Закончил учёбу в 1980 году, после чего меня отправили в Оренбургские лагеря — на испытания атомной бомбы. Через полгода весь наш полк в полном составе вошёл в Афганистан, который мы прошли вплоть до Кабула.

Отец Алексий, человек из Рая: «Если вояка безнравственный, то это страшный монстр...»Отец Алексий, человек из Рая: «Если вояка безнравственный, то это страшный монстр...»

— Как вы относились к интернациональной миссии?

— В 1979 году Китай напал на Вьетнам, и наш взвод писал рапорт-прошение, чтобы экзамены у нас приняли раньше, и мы их могли поехать выполнять интернациональный долг. Ответ пришёл от Брежнева. Говорилось там примерно следующее: «Ребята, мы учитываем ваш патриотический порыв, ценим, но учитесь дальше».

Такое наше поведение было естественно в то время, мы были воспитаны как интернационалисты. Ведь интернационал — это дружба народов. Кроме этого, тогда ещё были живы воспоминания о Великой Отечественной, жертвы и трагедии были в каждой семье. И люди гордились своими предками, прославляли их подвиги. Это сейчас уже все забыто…

В Афганистане я пробыл с 1981 по 1983 год, потом вернулся в своё училище. После меня отправили в Прикарпатский округ, а затем в Анголу. Там я с 1988 по 1991 год был командиром зенитно-ракетной батареи. Также я был специалистом-преподавателем в местных училищах. В 1993 году уволился в запас после 20 лет службы.

Отец Алексий, человек из Рая: «Если вояка безнравственный, то это страшный монстр...»

— Вы были верующим человеком, или что-то заставило вас пересмотреть своё отношение к Богу?

— Всю жизнь я был искренним коммунистом, но в Анголе пересмотрел все свои взгляды. Там я натолкнулся на произведения писателя Владимира Солоухина. В них были такие вещи, которые я, воспитанный в духе коммунистической идеи, просто не смог принять. Я поехал в генеральное консульство и взял несколько томов сочинений Ленина. Тогда я понял: чтобы возненавидеть большевизм, ленинизм и прочее, нужно почитать Ленина.

Ну, а кроме того, я пообщался с иностранцами — с миссионерами международной католической миссии, помня, что у нас в кодексе молодого строителя коммунизма был пункт «бороться с религиозной отсталостью». Кстати, я, «весь такой передовой», именно у них впервые увидел компьютер. И фраза в разговоре с одним из миссионеров также заставила меня задуматься. Я говорю ему: «Неужели вы нас, русских, боитесь? Мы же самые мирные ребята, мы же за мир!» А они говорят: «Алекс, ты что здесь делаешь? Вот я привёз соевое масло, бобы, потому что люди голодают. А ты?» А там все знали, что мы в школе сержантов преподаём. Учим воевать. Защищаться. Но вот он привёз помощь, а я учу воевать. Какое-то тут несовпадение. Ну а потом дальнейшее общение с канадцами, португальцами… и оказалось, что верующие — довольно интересные люди.

Когда я прилетел обратно в Союз, то решил, что детей надо крестить. А ведь, когда уезжал, жене сказал, что, если она это сделает, я с ней разведусь (смеется).

Отец Алексий, человек из Рая: «Если вояка безнравственный, то это страшный монстр...»Отец Алексий, человек из Рая: «Если вояка безнравственный, то это страшный монстр...»Отец Алексий, человек из Рая: «Если вояка безнравственный, то это страшный монстр...»

— И дальше вы стали священником?

— Я позвонил в церковь. На моё счастье, трубку взял епископ Нифонт (сейчас он митрополит Волынский и Луцкий). Он пригласил меня на разговор. В конечном итоге, его влияние, его магнетизм, искренность, любовь, молитва сказались на мне. Он крестил меня, моих детей, обвенчал с женой. Все, кто узнавал, что меня крестил Нифонт, начинали шептаться: вот это да, его епископ крестил!

И началась другая жизнь. У моих сослуживцев, к сожалению, после возвращения большинство направлений были либо в пивную, либо в карты. А я ушёл в церковь. Она была для меня чем-то совершено новым. Там люди всё делали от души. Если раньше люди вокруг меня хотели что-то поиметь, то теперь все хотели что-нибудь отдать. Это была настоящая искренность. Я получил крестик, Библию, Ветхий Завет, Новый Завет, Настольную книгу священнослужителя. Мне стало так интересно!

Затем я поступил в духовное училище и оказался в два раза старше всех «пацанов». Там были разные курсы, и старшие на младших смотрели свысока. До мойки был один шаг, но младшие всегда убирали за старшими посуду. У меня это вызывало умиление. А когда потом как-то раз семинаристы начали смотреть на меня свысока, одел военную форму и пришёл на занятия. Все замолчали. Потом меня вызвал митрополит Кирилл и спросил: «Тебе не стыдно с мальчишками за одной партой сидеть? Теперь будешь заведовать моим гаражом».

Отец Алексий, человек из Рая: «Если вояка безнравственный, то это страшный монстр...»

— Тяжело ли вам было меняться, переходить от военной жизни к духовной?

— Воспитание моё до крещения не разнилось с дальнейшим. Я был воспитан хорошо. У меня были неверующие родители, но воспитывали меня они, по большому счёту, в православном духе. У нас презиралась жадность в семье. У нас приветствовался труд, дедушке мы всегда делали подарки своими руками. Это именно христианская добродетель. Другие, более поздние мои воззрения всё-таки были пересмотрены.

Самый страшный грех — гордыня, вот он был у меня. Особенно польская кровь, дворянство сказываются. А здесь, в церкви, это нужно забыть. Тяжело было справляться с обидчивостью, но если не прощаешь, то и тебе не простится. Самое приятное, что я испытал радость от того, даю что-то другим. Когда у тебя получилось что-то хорошее сделать для других и ощутить эту радость — очень приятно выходит.

Отец Алексий, человек из Рая: «Если вояка безнравственный, то это страшный монстр...»Отец Алексий, человек из Рая: «Если вояка безнравственный, то это страшный монстр...»Отец Алексий, человек из Рая: «Если вояка безнравственный, то это страшный монстр...»

— Где был ваш первый приход?

— В 1994 году, когда меня рукоположили в сан священника, я получил приход Новодугинском районе и немецкий автомобиль «Трабант», который был меньше «Запорожца». В приходе моём было три храма. Один от дороги находился на расстоянии два километра, от этого храма на расстоянии в девять километров находился следующий и заключительный — на расстоянии ещё 17 километров. Вот и носился на этом «Трабанте».

Через 12 с половиной лет мне передали приход в Вонлярово, под Смоленском, я переехал туда. Восстанавливал там храм своими руками, и на станке мне оторвало фаланги двух пальцев на левой руке. Сам всё делал. Священники приходские — это настоящие трудяги.

— Насколько я знаю, потом вы служили в церкви Меркурия Смоленского, которая находится возле академии ПВО?

— В 2007 году я попал священником в церковь Святого мученика Меркурия Смоленского. Находится она возле академии ПВО, где работали мои студенты и однокурсники. И их тоже надо было направлять, как и любого военного. Если вояка безнравственный, то это страшный монстр. Нравственное совершенство любого военного — это задача церкви.

Отец Алексий, человек из Рая: «Если вояка безнравственный, то это страшный монстр...»Отец Алексий, человек из Рая: «Если вояка безнравственный, то это страшный монстр...»

— Как по-вашему, нужно ли подрастающему поколению служить в армии?

— Служить в армии нужно и нужно это делать для себя, а не для государства. Я могу судить о себе и предполагать свои деяния на перспективу, только когда я что-то уже преодолел. Если я не преодолевал ничего, то я не знаю, как поступлю. Армия даёт возможность человеку понять себя, познать себя в таких условиях, в которых никогда не был. Невозможно в домашних условиях столкнуться с вонью этих портянок, этим храпом в казарме. Невозможно! Армия — это тот институт, где человек познаёт себя. Я не говорю о том, что надо повоевать. Надо знать, на что ты способен.

Подробнее читайте здесь.

При использовании материалов сайта
ссылка на источник Rupor-prapora обязательна.
Разработка и дизайн: Альберт Пугаченко (PANpredator)
© Анатолий Колесников, 2007–2018.
Фотосессия — Евгений Колков.
Посетители: за месяц — 3267, вчера — 111, сегодня — 91.